Понедельник, 23.10.2017, 14:39
официальный сайт
Администрация Щучанского района
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Категории раздела
Мои статьи [341]
Поиск по сайту
Ссылки
Правительство Курганской области
____________________
 
Портал государственных услуг Курганской области
____________________
 
Баннер справочно-информационного портала «Государственные услуги»
____________________
 
Бизнес-инкубатор
____________________
 
Портал представительных органов муниципальных районов и городских округов Курганской области
____________________
 
Федеральтная служба по труду и занятости
____________________
 
Департамент экономического развития, торговли и труда Курганской области
____________________
 

____________________
 
Федеральная служба РФ по контролю за оборотом наркотиков Управление по Курганской области
____________________

Управление
____________________
 
Гарантийный фонд малого предпринемательства Курганской области
____________________
 
Газета «Новый мир» 
____________________
 
Россельхозбанк
 
Главная » Статьи » Мои статьи

22 июня, страна отметила День памяти и скорби
      «Опять кого-то забирают», – сказала мама, услышав музыку. Мой брат возразил ей, что правильно нужно говорить «берут в армию» или «уходит служить». Он сказал так потому, что так учили в школе. Правда, учительница и сама порой говорила «забирают». При этом слове она отворачивалась к окну и долго смотрела в него, забыв, казалось, о классе... Стоя у окна, ещё не старая, но седая, она вспоминала своего мужа, жизнь которого забрала эта страшная война. Забрала жизни отцов, мужей, братьев, тех 20-ти миллионов людей, не вернувшихся домой. Более десяти лет прошло с тех пор, как она закончилась, но о ней говорили в каждом доме, в каждой семье. В газетах наряду с послевоенными успехами писали об ужасах войны. Потеряв на фронте отца, мать читала газеты молча, боясь разрыдаться от горя. Слёзы застилали глаза, строчки расплывались. Смахивая слёзы, она продолжала читать в надежде найти хоть что-нибудь, где будет написано, где и как погиб отец. Поэтому, когда кто-то шёл служить в армию после войны, люди всегда говорили – забирают. И сейчас, взглянув в окно, мать сказала: «Опять забирают». Бросив все свои дела, мы с братом кинулись на улицу. Дом наш стоял на средней улице, до окраины которой – ещё более километра. Мы уже не раз провожали молодых односельчан и знали, куда пойдут все. Уговорив ещё нескольких ребят, пустились бежать по другой улице к Прощальной берёзе, надеясь занять удобное место, откуда всё видно и слышно. Выйдя на край села, мы увидели странное зрелище. По дороге, ведущей к селу Михайловка, одетые в тёмную одежду стояли женщины. Они были определённым образом расставлены тем невидимым существом, которое было известно только им. Позднее мы узнали, что каждая женщина стояла на том самом месте, где рассталась со своими близкими, провожая их на войну. И сейчас пришли они, чтобы по-быть здесь, где в последний раз стоял и их отец, брат, сын, муж… Пришли поклониться, поговорить с Прощальной берёзой, которая была свидетелем всех этих разлук. Несколько женщин стояли рядом с Прощальной берёзой, где мы с ребятами хотели устроиться. Не оглянулись женщины ни на наш весёлый крик, радуясь, что мы первые, ни на приближающихся людей – каждая думала о своём. Музыка смолкла, когда вся процессия подошла к Прощальной берёзе. Мы не слышали, о чём говорили там, у берёзы, да ещё самый маленький из нас, Серёжа Назаров, дёргая то одного, то другого, спрашивал: «А чё они стоят? А кто их тут поставил? Пойдёмте поближе». Люди подходили к будущему солдату, жали ему руку на прощание, что-то говорили, отходили в сторону, подходили другие. Чуть в стороне небольшой группой стояли молодые девушки, окружившие ту, которая провожала своего друга на три долгих года. Девушки наперебой что-то говорили ей, а она, не слушая их, смотрела на притихшие ветки берёзы, ревниво наблюдая, как прощаются с её другом. Одна за другой подходили к парню и те женщины, в тёмной одежде. Одни, сказав несколько слов, другие, молча обняв парня, проходили мимо нас, и мы ясно слышали их разговор. «Тебе, Мария, всё одно легче, ты похоронку на своего получила, чего тебе ждать. Вот мне ничего нет, даже похоронки. И вот, сколько лет жду, не верю я в его гибель, не верю. Бывало, сплю дома, а сама во сне его вижу, тянет ко мне руки, а руки в земле, ни лица, ничего не видно, только чувствую, что его это руки, хочу я хоть на миг дотронуться до них, помочь ему. Бегу, падаю, а руки его всё дальше и дальше. И вдруг вижу его в полный рост: в шинели, худой, небритый, а глаза закрыты. Я тяну к нему свои руки, обнимаю… Очнулась так однажды ото сна, а сама стою и обнимаю нашу Прощальную берёзку. Слёзы так и льют. Живу я далеко и не знаю, как среди ночи очутилась у берёзки. Подняла глаза, вижу – стоит она притихшая, даже листочки не шелестят». «Верно, говоришь, Луша, – вступила в разговор ещё одна женщина. – Вот проводила я мужа и сына, получила похоронки на обоих на одном году, а всё одно не верю в их смерть, ежели не видела их могилки. Однажды согнала я свою корову и пошла к нашей Прощальной берёзке. Хорошая она у нас, как будто всё понимает. Стояла долго, молча смотрела на неё, стройную, в бело-розовом платье в лучах восходящего солнца, а потом заговорила вслух, и она, будто в знак согласия, то помашет мне своими веточками, то вдруг задрожит, как от страшного воспоминания. С тех пор я часто прихожу, чтобы поговорить с ней, кажется, и на душе легче после этой беседы». В разговор постепенно включились и другие женщины. Все говорили, что они тоже часто приходят сюда, к берёзе, беседуют с ней, льют горькие слёзы. Их разговор прервал гудок машины. Люди двинулись к ней, крича сквозь слёзы напутствия парню, который молча садился в машину. Мать будущего солдата, изнемогающая от слёз, оперлась руками в берёзку и только смотрела, как машина увозит её сына. «Смотрите, берёза машет на прощание», – крикнул кто-то, и все посмотрели на берёзу. Нижние ветки, сухие, как сильные жилистые женские руки, были неподвижны, а верхние, малень-кие, вздрагивали и качались. Глубокий стон вдруг вырвался у матери, прово-жавшей своего единственного сына. И вот вновь она молча смотрит на уезжающую машину и крестит его вслед. Люди расходились, ещё раз оглянувшись на Прощальную берёзу, живущую, как и они, их болью, страданиями, их мучительным ожиданием. Мы с ребятами подошли к Прощальной берёзке, никто ничего не говорил, лишь Серёжа Назаров потрогал её руками и спросил: «Ты правда всё понимаешь?» Взглянув наверх, мы увидели, как вздрагивают её листья. Казалось, что она взвалила на свои плечи тяжесть и этой, ещё одной разлуки матери с сыном. Время шло, уходили служить в армию Алексей и Виктор Мехренины, Виктор Сосновских, Михаил и Юрий Вахины и многие другие. Уходили одни, приходили другие, вернулся домой и тот парень, свидетелями проводов которого мы были. Всё видела берёзка. Стояла она гордая за своих сыновей. Приходили к ней люди, делились своим горем, поливали её своими слезами, наверное, от этих слёз и образовалось болотце Кустоватово, на краю которого она стояла. Шли годы, привыкшая и сроднившаяся с людьми, она всё время ждала их, но люди всё реже стали приходить к ней. Не знала она, что провожают теперь в армию по другой дороге, мимо других берёз. Всё реже стала она надевать свои праздничные платья, и вскоре на вершине осталось лишь несколько веточек, напоминающих платок. Но через год и его уже не смогла надеть берёзка – высохли ветки. Потом берёзы и вовсе не стало. То ли от сильного ветра, то ли от горя, что люди перестали ходить к ней, упала она на дорогу, по которой приходили к ней, широко разбросав свои ветви. В дань благодарности посадили люди молодую берёзку. Она будет символом стойкости и веры людей. С жизнью этой берёзки будет связана память прошлого и настоящего. К ней будут приходить те немногие солдаты, оставшиеся в живых, школьники, чтобы вспомнить о прошлом, те солдаты, которые служили после войны, и те женщины, которые вот уже несколько десятков лет живут одной жизнью с Прощальной берёзкой. И вновь они будут рассказывать ей о своей жизни, а она – слушать их, кивая в знак согласия своими веточками, и лишь иногда вздрагивать от страшного воспоминания. Она так же будет надевать свои праздничные платья, ждать к себе людей. Только будут сейчас называть её не Прощальной берёзой, а Берёзой человеческой памяти.

Виктор Вахин.
с. Песчанское.
Категория: Мои статьи | Добавил: Admin (26.07.2010)
Просмотров: 331 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Статистика сайта

Информеры

Новости сайта






Ссылки
Зауралье он-лайн
______________________

блог начальника МО МВД России

______________________

Узнай о своих долгах на сайте судебных приставов
______________________

Межрайонная ИФНС №6 по Курганской области
 
 
Администрация Щучанского района © 2009